Библиотека
Ссылки
О сайте






предыдущая главасодержаниеследующая глава

1. Какими были и как жили древнейшие люди

Жизнь первобытных людей каменного века довольно ярко отражена в ряде произведений художественной литературы. Поэтому учитель может располагать значительным по объему художественно-иллюстративным материалом, характеризующим почти все стороны жизни древнейшего человека этой эпохи.

Процесс становления человека, борьба коллективов первобытных людей за свое существование воссозданы в книгах советской писательницы С. Радзиевской и болгарского писателя Д. Ангелова.

Небольшая повесть С. Радзиевской "Рам и Гау" посвящена самому раннему периоду в истории человечества. Сцены тяжелой борьбы за существование, полуосознанное использование первых орудий труда - камня и дубины, единоборство с грозными хищниками, первое постижение спасительной силы огня - все это составляет содержание книги, вполне согласующейся с современными научными взглядами на жизнь доисторического человека. В первом издании хрестоматии использовался аналогичный по сюжету материал из повести Я. Мавра "Человек идет"*.

* (См.: Мавр Я. Человек идет. Повести. Л., 1960.)

О своей оригинальной книге "Когда человека не было" Д. Ангелов пишет: "Она представляет собою художественную иллюстрацию научной теории происхождения человека и роли труда в его развитии". На примере жизни нескольких поколений человекообразных обезьян, которые названы условно "чунгами", автор показывает длительный и сложный путь их постепенного "очеловечивания". Процесс развития "чунгов" доведен до того времени, когда они овладевают огнем.

Случайно добытый огонь стал защитником человека, хранителем его сил, источником многих радостей. Но пока человек не знал способов добывания огня, он жил в вечном страхе его утраты. О том, какие тяжелые последствия влекло подобное несчастье, рассказано в книге французского писателя Рони Старшего "Борьба за огонь".

Эта историческая повесть о жизни людей каменного века давно стала любимой книгой юношества. Герой книги - отважный охотник Нао и его друзья, отправившиеся на поиски огня ради спасения своего племени. Рассказывая о трудном пути и удивительных приключениях юных смельчаков, автор дает красочные описания природы, доисторических животных, уклада жизни первобытных охотников. Повесть находит свое продолжение в двух последующих произведениях Рони Старшего*.

* (См.: Рони Старший. Пещерный лев. М., 1961; он же. Вамирэх. Человек каменного века. М., 1959.)

Первый текст - "Наши далекие предки" - в сочетании с цветной иллюстрацией из учебника позволит выделить и запечатлеть в памяти учащихся характерные черты сходства и различия первобытного человека и обезьяны.

Второй текст знакомит детей с условиями и характером жизни первобытного стада. При чтении его учителю следует иметь в виду, что автор часто пользуется вымышленными названиями животных и растений (например: та-ма - черепаха, кри-ри - птицы и т. д.).

В двух последующих материалах из книги Рони Старшего "Борьба за Огонь" содержится выразительный рассказ о значении огня для древнего человека и открытии способа добывания огня. Тексты подчеркивают необходимость жизни в коллективе.

Богатый иллюстративный материал по теме, который целесообразно привлечь при использовании художественной литературы, содержится в монографии И. Аугуста и З. Буриана "Жизнь древнего человека"*. Содружество двух чешских авторов - палеонтолога Иозефа Аугуста и художника Зденека Буриана - позволило создать на научной основе серию великолепно исполненных цветных картин, последовательно, отражающих все основные этапы развития первобытного человека.

* (См.: Аугуст И., Буриан З. Жизнь древнего человека. Прага, 1960.)

Методические советы по использованию художественной литературы учитель найдет также в статье Т. Н. Десницкой*.

* (См.: Десницкая Т. Н. Раскрытие роли труда в становлении человеческого общества средствами художественной литературы в 5 классе. - "Преподавание истории в школе", 1965, №4.)

Содержание текстов позволяет учителю поставить перед учащимися ряд разнообразных вопросов.

Наши далекие предки

Кусты орешника вдруг раздвинулись, и на поляну вышло странное существо. Короткие, немного согнутые ноги его поддерживали сильное длинное туловище, огромные челюсти выдавались вперед, как у обезьяны, а маленькие глаза, глубоко спрятанные под нависшими бровями, блестели настороженно и сердито.

Но это была не обезьяна; сутулая фигура крепко стояла на ногах, а длинные, ниже колен, руки не опирались на землю по-обезьянему. В одной руке странное существо держало камень с грубо заостренным краем, в другой - тяжелую дубину.

Озираясь и останавливаясь на каждом шагу, существо сделало несколько осторожных шагов в сторону дуба. Оно глубоко втягивало воздух широкими ноздрями плоского носа, стараясь уловить запахи, которые бы предупредили его об опасности. Но неподвижный воздух ничего не сказал ему. Существо сердито оскалилось, оглянулось и издало приглушенный, отдаленно напоминающий членораздельные звуки, крик. Тотчас же кусты орешника зашевелились снова: такие же сутулые мохнатые фигуры молча скользнули в густой траве и сбились вокруг своего предводителя в тесную кучу.

Их было около пяти десятков, мужчин и женщин, некоторые матери несли на руках малышей, более взрослые дети сами бежали с ними рядом и, видимо, чем-то сильно напуганные, жались к матерям на бегу. На всех этих существах не было и признаков одежды, мужчины и женщины были одинаково мохнаты. Только у одного мужчины в шапке путаных коротких волос блестела седина.

По всему было видно, люди спасались от какой-то опасности, но теперь, потеряв надежду избежать ее, решились встретиться с врагом лицом к лицу.

Лес, простиравшийся на сотни километров, не имел ни скал, ни возвышенностей, на которых удобно было бы принять бой. Нельзя было спастись и на деревьях: враг, преследовавший их, умел выжидать, пока истощенные жертвы сами свалятся ему в пасть. Обезьяно-люди - первые люди на Земле - понимали это. Они остановились и ждали. Здесь, на поляне под дубом, встретить врага лицом к лицу и дать ему отпор было легче, чем в зарослях. Страшный саблезубый тигр преследовал бродячую орду. И не один уже раз, притаившись где-то рядом, выхватывал то женщину, то ребенка, а вчера унес молодого сильного мужчину. Орда должна была погибнуть целиком или принять бой.

Вождь орды, вышедший на поляну, продолжал распоряжаться. Еще несколько странных лающих звуков, и все дети и матери собрались у старого дуба. Мужчины и некоторые женщины образовали вокруг них кольцо. В руках они держали заостренные камни и дубины. Один, самый коренастый и сильный мужчина опустил на землю огромный грубо обколотый камень. Он все время носил его с собой. Удобно положив камень на землю, чтобы можно было сразу нагнуться и схватить его, мужчина глубоко вздохнул и пошевелил широкими мохнатыми плечами. Казалось удивительным - как мог человек долго нести на себе такую тяжесть. Это был настоящий великан по сравнению с остальными: темные волосы, покрывавшие его тело, были длиннее и гуще, чем у других людей, а на груди и плечах они свисали длинными прядями, точно грива. Глаза совсем прятались под мохнатыми бровями и блестели оттуда по-звериному.

Радзиевская С. Рам и Гау. (Древнейшие люди и завоевание огня). Казань, 1967, с. 4-5.

Жизнь первобытного стада

Жизнь, которую чунги вели в лесу, была сравнительно легкой и беззаботной. Было тепло, да и пища была в изобилии: плоды на деревьях, сладкие коренья и луковицы, которые они выкапывали все искуснее, сочные побеги и молочная сердцевина многих кустов.

Но давно уже привыкнув к мясу, они очень радовались, когда им случалось убить какое-нибудь животное. Особенно если этим животным был большой, сильный хищник; тогда они собирались вокруг него и, прежде чем съесть, ритмически прыгали и вскрикивали, выражая этим свое удовольствие по поводу того, что избавились от опасного хищника. Но с таким же удовольствием они ели та-ма и других мелких зверьков, совсем беззащитных и умеющих только ползать. А яйца и детеныши кри-ри были любимым лакомством маленьких чунгов, которые и без того любили лазать по деревьям.

Итак, чунги бродили по лесу, не оставаясь подолгу на одном месте и делая себе только временные логовища из травы и листьев. Лишь когда рождался новый детеныш или бывал ранен хищником взрослый чунг, которому нужно было лежать, пока он не выздоровеет, они задерживались на одном месте подольше.

Тем временем ладони и пальцы на задних лапах становились у них все грубее и теряли ловкость. Чунги почти не пользовались ими для хватания, а только для ходьбы и все делали руками: рвали ими плоды, разламывали скорлупки, устраивали себе логовища, ломали ветки и обламывали им верхушки, чтобы их можно было бросать в опасных зверей; очищали стебли га-ли, выкапывали сладкие коренья и луковицы. При этом им нужно было крепко стискивать ветки и камни и с еще большей силой ударять нападающих зверей, если они хотят остаться в живых и есть мясо. От всего этого они становились все более ловкими и находчивыми, все более ловко и умело нападали и защищались от больших, сильных зверей.

Ангелов Д. Когда человека не было. М, 1959, с. 150.

Огонь погас!

В непроглядную ночь бежали уламры, обезумев от страданий и усталости; все их усилия были тщетны перед постигшим их несчастьем: огонь был мертв! Они поддерживали его в трех клетках. По обычаю племени, четыре женщины и два воина питали его день и ночь.

Даже в самые тяжелые времена поддерживали они в нем жизнь, охраняли его от непогоды и наводнений, переносили его через реки и болота; синеватый при свете дня и багровый ночью, он никогда не расставался с ними. Его могучее лицо обращало в бегство львов, пещерного и серого медведей, мамонта, тигра и леопарда. Его красные зубы защищали человека от обширного страшного мира; все радости жили только около него. Он извлекал из мяса вкусные запахи, делал твердыми концы рогатин, заставлял трескаться камни, он подбадривал людей в дремучих лесах, в бесконечной саванне, в глубине пещер. Это был отец, страж, спаситель; когда же он вырывался из клетки и пожирал деревья, он становился более жестоким и диким, чем мамонты.

И вот теперь он мертв! Враг разрушил две клетки; в третьей же, уцелевшей во время бегства, огонь ослабевал, бледнел и постепенно уменьшался. Он был так слаб, что не мог поедать даже болотные травы; он дрожал, как больное животное, обратившись в небольшое насекомое красноватого цвета, и каждое дуновение ветра грозило его погасить... потом он вовсе исчез...

Уламры бежали, осиротевшие, в осеннюю ночь. Звезд не было. Тяжелое небо опускалось над тяжелыми водами; растения протягивали над беглецами свои похолодевшие стебли, слышно было только, как шуршат пресмыкающиеся. Мужчины, женщины, дети поглощались тьмою. Прислушиваясь к голосам своих вожаков, они старались двигаться по сухой и твердой земле, переходя вброд встречавшиеся ручьи и болота. Три поколения знали эту тропу. На рассвете они подошли к саванне. Холодный свет просачивался сквозь меловые слои облаков. На жирных, как горная смола, водах кружился ветер. Как гнойники, раздувались водоросли, оцепеневшие ящерицы лежали, свернувшись среди кувшинок. На иссохшем дереве сидела цапля. Наконец, в рыжем тумане развернулась саванна с дрожащими от стужи растениями. Люди воспрянули духом и, пройдя сквозь заросли камыша, очутились, наконец, среди трав, на твердой почве. Но тут их лихорадочное возбуждение сразу упало, люди ложились на землю, застывали в неподвижности; женщины, более выносливые, чем мужчины, потеряв своих детей в болотах, выли, как волчицы; те, что спасли своих малюток, поднимали их вверх, к облакам. Когда рассвело, Фаум с помощью пальцев и веток пересчитал свое племя. Каждая ветка соответствовала количеству пальцев на обеих руках. Остались: четыре ветки воинов, более шести веток женщин, около трех веток детей, несколько стариков.

Старый Гун сказал, что уцелели один мужчина из пяти, одна женщина из трех и один ребенок из целой ветки.

Уламры почувствовали всю огромность несчастья. Они поняли, что их потомству угрожает гибель.

Рони Старший. Борьба за огонь. М., 1958, с. 5-6.

Камни рождают огонь

Нао, охваченный жалостью к вахам, стал показывать им, как разжечь пламя, как вдруг заметил среди ивняка женщину, которая ударяла одним камнем о другой.

Посыпались искры, вдоль сухой тонкой травинки заплясала маленькая красная точка, затем загорелись ветки; женщина тихонько раздувала огонь, он стал пожирать свою пищу.

Сын Леопарда застыл в изумлении. Он подумал: "Вахи прячут огонь в камнях".

Подойдя к женщине, он старался получше рассмотреть, что она делает. Инстинктивно женщина сделала недоверчивый жест. Затем, вспомнив, что этот человек спас их от гибели, она протянула ему камни. Он жадно рассматривал их и, не найдя ни одной трещины, изумился еще больше. Он их ощупал: камни были холодные. Нао спрашивал себя с беспокойством: "Каким образом огонь вошел в эти камни?.. И почему же он не разогрел их?"

Он вернул камни с тем чувством страха и недоверия, какое внушают людям таинственные и незнакомые предметы...

Но постичь тайну добывания огня он не мог. Эта тайна внушала ему страх. Он только издали наблюдал, как вспыхивали из камней искры; он задавал себе вопросы, которые оставались нерешенными. Но с каждым разом он все больше привыкал к этому зрелищу, и постепенно страх уступил место любопытству.

...Нао, запасшись сухими, почти обуглившимися травами, ударил один камень о другой. Он проделывал это с неистовой страстью. Затем его одолело сомнение. Он сказал себе: "Вахи скрывают от Нао какую-то тайну". Он с такой силой ударил камень о камень, что один из них раскололся. И вдруг... у Нао захватило дыхание... на одной из травинок появился маленький огонек! Тогда уламр осторожно раздул пламя: оно поглотило свою слабую добычу и перешло на другие травы...

Он чувствовал, что обрел могущество, которым не владел ни один из его предков. Теперь никто не сможет умертвить огонь у людей его племени.

Рони Старший. Борьба за огонь. М., 1958, с. 106-108.

предыдущая главасодержаниеследующая глава





Пользовательский поиск




© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, оформление, разработка ПО 2001-2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://ist-obr.ru/ "Ist-Obr.ru: Исторические образы в художественной литературе"