Библиотека
Ссылки
О сайте






предыдущая главасодержаниеследующая глава

4. Культура Древнего Китая

При изучении культуры Древнего Китая учитель знакомит учащихся с возникновением китайской письменности и изобретением бумаги.

Китайскую письменность по праву можно считать одной из самых древнейших. Но с момента своего возникновения она была очень сложна. Так, в III в. до н. э. в системе письма насчитывалось более трех тысяч иероглифов, обозначающих то слоги, то слова, то целые словосочетания. И все же элементарная грамотность находила распространение даже в среде крестьян и ремесленников. Знания в народе нередко распространяли учителя-подвижники. О создании школы для сельской детворы одним из таких учителей рассказывает О. Гурьян в книге "Повесть о Великой стене". При чтении фрагмента или его части учителю следует обратить внимание учащихся на близость китайских иероглифов к пиктографии и на своеобразие принадлежностей и материалов для письма. Можно отметить также, как на основе народной мудрости отрабатывались в школе правила поведения.

Отрывок "Изготовление бумаги" из книги писателя В. Истрина "Ветка ивы" содержит интересный материал о технике производства бумаги в древности.

В сельской школе

Ю Ши начал учить детей шести искусствам - лю и, - будто всех их готовил в сановники и советники. Эти шесть искусств - музыка, правила поведения, стрельба из лука, управление лошадьми, чистописание и математика. Их знание является законом для каждого образованного человека, но едва ли кому-нибудь пришло бы в голову учить им деревенских ребятишек. Однако Ю Ши, сам в детстве ходивший в соломенной накидке и водивший буйвола на водопой, всех мальчишек считал племянниками и не скупился, делясь с ними своими знаниями.

Когда Хо Чжи, неся в руке узелок, вошел в пещеру, его чуть не оглушила пронзительная песня. Ребята, старательно открывая рты, все разом нараспев выкрикивали правила поведения:

 Ли жу сун, 
 Цзо жу чжун, 
 Во жу гун, 
 Цзоу жу фын! 

Ю Ши объяснял им мудрое значение этих слов:

- Ли жу сун - стоять подобно сосне. Честный человек стоит прямо, высоко подняв голову. Лишь тот, кто боится смотреть людям в глаза, стоит, согнув спину, опустив голову, пряча лицо.

Дети вытянулись, подняли носы кверху, выпрямили спины стройно и гордо.

- Цзо жу чжун - сидеть подобно колоколу. Не развалясь, не откинувшись лениво и праздно, подобно бездельникам, а расправив плечи, выставив грудь, выпрямив шею.

Все сидели, напряженно застыв, не смея вертеться и ерзать, дразня соседей.

- Во жу гун - лежать подобно луку, изогнувшись дугой. Непристойно вытягиваться подобно мертвому телу. И во сне сохраняйте движение жизни, чтобы, если понадобится, мгновенно вскочить, как стрела, сорвавшаяся с тетивы. - Тут Ю Ши поднял руку, останавливая тех, кто слишком рьяно выгибался, подражая натянутому луку. - Цзоу жу фын - идти подобно ветру, стремительно и изящно.

Среди шума, будто в самом деле взвыл ветер, Хо Чжи подошел к учителю, став на колени, поклонился ему в ноги и протянул связку сушеного мяса, нарезанного узкими полосками.

- Это почтительный дар, - проговорил он, в точности повторяя слова, которым несколько дней учила его Хо Нюй. - Моя мать посылает это и говорит, что ее сын глуп и непонятлив. Она умоляет знаменитого учителя, чтобы поучил меня мудрости. - Он еще раз поклонился, а затем встал, скромно спрятав руки в рукава.

Учитель пристально посмотрел на него...

Потом он указал Хо Чжи его место и продолжал урок.

- Сегодня пришел к нам новый ученик, - говорил он. Его фамилия Хо, что значит "огонь". Научим его писать это слово. Смотрите, я рисую огонь. С двух сторон вздымаются ввысь языки пламени. Кверху взлетают искры. Это огонь - хо!

Дети принялись писать этот знак кистью, кто на узких деревянных дощечках, кто на кусках коры шелковицы. При этом все вместе кричали нараспев:

- Хо! Хо!

Мальчик, сидевший рядом с Хо Чжи, посмотрел на неуверенное движение его кисти и сказал:

- Искра взлетает кверху, таково же движение кисти. Возьми ножик, соскобли свою ошибку.

А учитель продолжал их учить новым словам и знакам. Когда же они устали, он сказал:

- Пойдите подкрепитесь едой, отдохните и поиграйте, чтобы затем с новыми силами проучиться до вечера!

Гурьян О. Повесть о Великой стене, с. 86-88.

Изготовление бумаги

В мерцающем свете факелов справа от Дай Луня высились большие деревянные чаны. В них намокали нарезанные тонкими лентами кора тутового дерева, стволы молодого бамбука и остатки рыболовных сетей.

Прямо перед Цай Лунем два огромных гунна разбивали тутовую кору и бамбук деревянными молотами и растирали их на волокна в каменной ступе тяжелым каменным пестиком.

Справа виднелся широкий бассейн. Растертое волокно размачивалось здесь в воде, смешанной с клеем. У бассейна работал Манису. Размешав массу веслом, он зачерпывал ее четырехугольной сеткой из шелковых нитей, натянутых на деревянной раме. Держа сетку обеими руками, Манису тряс ее в воздухе, пока вода сбегала с краев сетки и сквозь нее. Затем ловким движением он опрокидывал сетку над гладкой доской, чтобы мокрый бумажный лист перешел на эту доску.

Помощник Манису прессовал полученные листы другой, такой же гладкой, доской. Потом, подцепляя листы медной иглой, он развешивал их у высокой каменной печи для просушки.

Подойдя к печи, Цай Лунь взял один из готовых листов. Он долго разглядывал и ощупывал его.

Истрин В Бумажный князь Цай. - В кн.: Истрин В. Ветка ивы. Рассказы о Китае. М., 1957. с. 28.

предыдущая главасодержаниеследующая глава





Пользовательский поиск




© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, оформление, разработка ПО 2001-2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://ist-obr.ru/ "Ist-Obr.ru: Исторические образы в художественной литературе"