Библиотека
Ссылки
О сайте






предыдущая главасодержаниеследующая глава

Создание марксистской пролетарской партии в России

В книге "Владимир Ильич Ленин. Биография" рассказывается о жизненном пути человека, с именем которого неразрывно связана новая эра всемирной истории - эра крушения капитализма и торжества коммунизма. Ленин, говорится во "Введении", с самой ранней молодости всего себя отдавал делу революции, делу рабочего класса. Его жизнь - это постоянный ежедневный подвиг, подчиненный одной великой цели - борьбе за счастье трудящихся. О нем можно сказать словами поэта, что он

... знал одной лишь думы власть - 
Одну - но пламенную страсть.

Пламенной страстью Ленина стало беззаветное служение интересам народа.

Роль "Искры" в создании партии

Повсюду в стране чувствовалось дыхание революционной бури. Решался вопрос о перспективах русской революции, ее движущих силах, о том, кто будет ее гегемоном. Центр революционного движения перемещался в Россию, где назревала величайшая народная революция, основные вопросы которой были в то же время коренными вопросами мирового революционного рабочего движения.

Ленин, как никто другой, чутко улавливал приближение революции.

В передовой статье первого номера "Искры", озаглавленной "Насущные задачи нашего движения", Ленин выделял как основную задачу - создание крепкой, организованной марксистской партии, без которой рабочий класс не может осуществить свою великую историческую миссию - освободить себя и весь народ от политического, экономического и духовного рабства.

В № 4 "Искры" (май 1901 года) была напечатана передовая статья "С чего начать?".

Статья Ленина получила широкое распространение в России: ее читали в газете "Искра", она издавалась местными социал-демократическими организациями в виде отдельной брошюры и произвела большое впечатление на передовых рабочих.

"Я многим товарищам показывал "Искру" и весь номерок истрепался, а он дорог, - писал рабочий-ткач в газету. - Тут про наше дело, про все русское дело, которое копейками не оценишь и часами не определишь; когда его читаешь, тогда понятно, почему жандармы и полиция боятся нас рабочих и тех интеллигентов, за которыми мы идем. Они, и правда, страшны и царю, и хозяевам, и всем, а не только хозяйским карманам. Конечно, я простой рабочий и совсем уже не такой развитой, но я очень чувствую, где правда, знаю, что нужно рабочим. Рабочий народ теперь легко может загореться, уже все тлеет внизу, .нужна только искра и будет пожар. Ах, как это верно сказано, что из искры возгорится пламень!.. Раньше каждая стачка была событие, а теперь всякий видит, что одна, стачка ничего, теперь свободы нужно добиваться, грудью брать ее. Теперь все--- и. старику и малый, все читали бы, да вот горе наше - книжки нет. Я прошлое воскресенье собрал одиннадцать человек и читал "С чего начать?", так мы до ночи не расходились. Как все верно сказано, как до всего дойдено"*.

*(Искра" № 1 - 52. Декабрь 1900 - ноябрь 1903. См.: в книге "Искра" под редакцией П. Лепешинского со вступительной статьей Н. Крупской, выпл. Л., "Прибой", 1928, стр. 144.)

Ленин создавал партию рабочего класса в борьбе с многочисленными врагами, преодолевая огромные трудности. Русским революционерам приходилось строить партию под огнем жестоких преследований, им всегда грозили заключение в тюрьму, каторга и ссылка. Многие из них за революционную деятельность поплатились своей жизнью. "Мы, - писал Ленин, - идем тесной кучкой по обрывистому и трудному пути, крепко взявшись за руки. Мы окружены со всех сторон врагами, и нам приходится почти всегда идти под их огнем"*.

*("Владимир Ильич Ленин. Биография". М., Госполитиздат, 1965, стр. 84 - 85.)

* * *

В книге З. Фазина "Нам идти дальше" рассказывается о событиях 1900 - 1903 гг., о том, как была задумана и создана газета "Искра", как В. И. Ленин и его соратники боролись за создание марксистской партии в России. Автор освещает работу исторического II съезда РСДРП, его участников, борьбу, которая происходила между большевиками и оппортунистами.

II съезд РСДРП

Сидели на длинных грубых скамьях. В зале (здесь прежде помещался мучной склад) было сумрачно, свет с улицы скупо освещал взволнованные лица делегатов съезда. Казалось, зал слишком просторен для собравшейся тут полусотни людей. Неудачное, явно неудачное помещение подыскали технические организаторы съезда для его работы. Но даже это помещение сняли не без труда, пришлось прибегнуть к протекции и помощи местных бельгийских социалистов. Зато аренда стоила недорого, и это устраивало.

Денег на проведение съезда и содержание около полусотни делегатов было в обрез.

А предстояло обсуждение множества вопросов, и съезд грозил затянуться.

В зале на скамьях сидели видные революционеры, хорошо известные в подпольной России, в большинстве широко образованные, успевшие побывать в тюрьмах и ссылках, испытавшие немало на своем веку.

Эти люди представляли двадцать шесть социал-демократических организаций, которым предстояло, наконец, по-настоящему объединиться в одну партию.

На календаре было по новому летосчислению 30 июля 1903 года, когда открылся съезд. И как ни сложилось потом все дальнейшее на съезде, день, когда его открывали, запомнился на всю жизнь. Все были взволнованы.

Заседания съезда возобновились 11 августа в маленьком помещении клуба английских любителей-рыболовов. Стены залы были увешаны диковинными чучелами рыб, крабов, морских змей.

Лондонская полиция не мешала съезду. У дверей клуба целый день проторчал дюжий полисмен, охраняя съезд и старательно козыряя делегатам.

Мешало съезду другое. Раскалывалась "Искра". Происходила быстрая перегруппировка сил. Решающие события начались с утра, когда Владимир Ильич выступил с докладом об уставе партии.

Трибуны не было. Он стоял у стола и говорил, держа перед собой те самые странички, которые показывал и читал еще до съезда многим делегатам.

На страничках в ряде пунктов были поправки, сделанные рукой самого Владимира Ильича по замечаниям товарищей, но в основе новый вариант сохранял все важнейшие положения прежнего. Первый пункт о членстве в партии требовал обязательного личного участия члена партии в одной из партийных организаций, а не только работы под ее контролем на "вольных правах", как предлагал Мартов.

Выступление Владимира Ильича было коротким, он напомнил, что делегатам роздан проект устава, и разъяснил некоторые его положения.

Ворчливо переговаривались между собой и раздраженно фыркали рабочедельцы и бундовцы - ярые противники предложенного съезду проекта устава. И все понимали, что бой неизбежен.

Так и оказалось. Едва Владимир Ильич умолк, началась атака.

Спор о первом параграфе разгорелся наутро, едва только открылось очередное заседание съезда.

И сразу, с первых минут почувствовалось, что трещина, разделяющая съезд, стала глубже.

Докладчиком от уставной комиссии выступил Носков. Он сообщил, что в комиссии голоса разделились, поэтому на обсуждение съезда выносятся обе формулировки первого пункта устава о членстве в партии.

Носков огласил эти формулировки и присел у окна в стороне от стола бюро.

Один за другим высказывались ораторы.

Потом поднялся Мартов. Он защищал свою формулировку как некую "частную" поправку к обсуждающемуся проекту устава. Нервозное возбуждение чувствовалось в каждом жесте Юлия Осиповича, в каждом слове.

А сидящие в зале искровцы, сторонники Владимира Ильича, люто негодовали и громкими репликами протеста перебивали оратора.

Ему был брошен вопрос:

- Значит, вы хотите всех и каждого считать членом партии, если только он готов признать программу и даже если он не состоит в одной из партийных организаций?

- Если хотите, да! - ответил Мартов.

В этот день Владимир Ильич бросил ставшие потом знаменательными слова:

- Лучше, чтобы десять работающих не называли себя членами партии (действительные работники за чинами не гонятся), чем один болтающий имел право и возможность быть членом партии.

И все же при голосовании его формулировка не собрала большинства голосов.

Первый пункт был принят в формулировке Мартова. Голоса отколовшихся искровцев, рабочедельцев, бундовцев и людей, еще не разобравшихся в существе спора, дали ему перевес.

Подходил день выборов.

Но еще до выборов на съезде произошло немало страстных и острых схваток. Съезд распускал все обособленные группы социал-демократов, какие существовали в России и были представлены на съезде. Заявили о своем роспуске организация "Искры", группа "Освобождение труда". Наступал конец кружковщине! Но как это болезненно проходило, сколько волнений и криков, вызывало!

Еще вчера главными противниками искровцев на съезде были рабочеделец Махновец, бундовец Либер и шедшие за ними делегаты. Первыми после бурного заседания ушли бундовцы. Все пятеро поднялись со своих мест и покинули зал. Новый устав партии их не устраивал. Они не пожелали распустить свою организацию.

В тот же день вечером устроили бунт рабочедельцы. Махновец и Мартынов тоже не пожелали распустить свою организацию. Величественно шагая к двери, Махновец с премилой улыбкой сказал:

- Мы уходим.

Два лагеря...

Каждый лагерь уже собирался на свои отдельные собрания.

Это был не только разрыв, но и вызов на открытый бой.

- Лично о себе прибавлю, - говорил Мартов, - если верно, что некоторые товарищи хотели вписать мое имя как одного из кандидатов в редакторскую тройку, то я должен усмотреть в этом оскорбление, мною не заслуженное.

Мартову отвечал Владимир Ильич. Ясные, твердые слова летели в зал.

Владимир Ильич говорил горячо, он старался удержать отступников от последнего шага к расколу. Но твердо звучали слова о том, что своими решениями съезд сделал выбор одного из наметившихся направлений в дальнейшей жизни и работе партии. Это направление - борьба против политической рыхлости и расплывчатости, за крепкую, единую партию.

Вскоре после речи Владимира Ильича опять голосовали. Избрали в редакцию Владимира Ильича, Плеханова и Мартова. И снова Мартов взял слово для заявления. Он отказался работать в "Искре". Потом под незатихающий шум был избран ЦК Большинством голосов прошли кандидатуры Глеба Кржижановского, Ленгника и Носкова*.

*(З. Фазин. Нам идти дальше. М., "Детская литература", 1964, стр. 339 - 340, 359 - 361, 368 - 372; 382, 384.)

Обсудить, по каким вопросам на съезде разгорелась борьба, какое значение в жизни социал-демократов и рабочего класса России имел этот съезд.

Речь В. И. Ленина на Н съезде РСДРП (из воспоминаний А. М. Горького)

... Но вот поспешно вошел на кафедру Владимир Ильич, произнес "Товарищи". ...Уже через минуту я, как и все, был поглощен его речью. Первый раз слышал я, что о сложнейших вопросах политики можно говорить так просто. Этот не пытался сочинять красивые фразы, а подавал каждое слово на ладони, изумительно легко обнажая его точный смысл. Очень трудно передать необычное впечатление, которое он вызывал.

Его рука, протянутая вперед и немного поднятая вверх, ладонь, которая как бы взвешивала каждое слово, отсеивая фразы противников, заменяя их вескими положениями, доказательствами права и долга рабочего класса идти своим путем, а не сзади и даже не рядом с либеральной буржуазией, - все это было необыкновенно и говорилось им, Лениным, как-то не от себя, а действительно по воле истории. Слитность, законченность, прямота и сила его речи, весь он на кафедре - точно произведение классического искусства; все есть, и ничего лишнего, никаких украшений, а если они были - их не видно, они так же естественно необходимы, как два глаза на лице, пять пальцев на руке.

По счету времени он говорил меньше ораторов, которые выступали до него, а по впечатлению - значительно больше; не один я чувствовал это, сзади меня восторженно шептали:

- Густо говорит...

Так оно и было; каждый его довод развертывался сам собою - силою, заключенной в нем.

Меньшевики, не стесняясь, показывали, что речь Ленина неприятна им, а сам он - более чем неприятен. Чем убедительнее он доказывал необходимость для партии подняться на высоту революционной теории для того, чтобы всесторонне проверить практику, тем озлобленнее прерывали его речь.

- Съезд не место для философии!

- Не учите нас, мы - не гимназисты!

Особенно старался кто-то рослый, бородатый, с лицом лавочника, он вскакивал со скамьи и, заикаясь, кричал:

- З-загово-орчики... в з-заговорчики играете! Б-бланкисты! Одобрительно кивала головой Роза Люксембург; она очень

хорошо сказала меньшевикам на одном из следующих заседаний:

- Вы не стоите на марксизме, а сидите, даже - лежите на нем.

Злой, горячий ветерок раздражения, иронии, ненависти гулял по залу, сотни глаз разнообразно освещали фигуру Владимира Ильича. Незаметно было, что враждебные выпады волнуют его, говорил он горячо, но веско, спокойно; через несколько дней я узнал, чего стоило ему это внешнее спокойствие. Было очень странно и обидно видеть, что вражду к нему возбуждает такая естественная мысль: только с высоты теории партия может ясно увидеть причины разногласий среди нее. У меня образовалось такое впечатление: каждый день съезда придает Владимиру Ильичу все новые и новые силы, делает его бодрее, уверенней, с каждым днем речи его звучат все более твердо и вся большевистская часть членов съезда настраивается решительнее, строже*.

*("Рассказы и очерки о В. И. Ленине". М., "Художественная литература", 1967, стр. 16 - 18.)

Обсудить, в чем сила выступления В. И. Ленина.

Всеобщая стачка бакинских рабочих в 1904 г.

Завтра стачка!

Трудно передать, с каким трепетом мы ожидали этого дня, с какими надеждами.

Подумать только: вот сегодня шумят и грохочут фабрики и заводы - завтра они замолкнут. Вот звенит и громыхает допотопная конка - завтра она застрянет на путях. Вот в облаках дыма и копоти задыхаются десятки тысяч рабочих в балаханском аду, - а завтра погаснет ад и просветлеет небо. Нет, этого нельзя себе представить!

Стачка распространялась с быстротой лесного пожара. Остановились все нефтяные промыслы, нефтеочистительные и механические заводы, табачные и текстильные фабрики, мастерские и доки. Не вышли в свет буржуазные газеты "Каспий" и "Бакинские известия". Застряли на путях облезлые вагоны конки, встали на причалы корабли, застыла гавань. Жизнь огромного города замерла, словно пораженная параличом. Ночные фонари не зажигались. Перепуганные обыватели с вечера прятались по домам. И только холодный ветер с воем и свистом носился по улицам, да буйно шумело море.

Бакинский пролетариат бросил работу, и вся жизнь остановилась. Так останавливается стрелка часов, когда падает гиря.

Но в рабочих районах жизнь кипела. С утра до поздней ночи толпы народа спешили на митинги и собрания.

На митингах, сменяя друг друга, выступали агитаторы, большевики. Она разъясняли рабочим задачи стачки, призывали ж организованности и выдержке, смело разоблачали царское правительство и капиталистов, звали под красные знамена нашей партии.

Наступил вечер 30 декабря. Напряжение стачечников росло в стачечный комитет и комиссия обсуждали последние пункты договора. Все ждали - вот-вот выйдет кто-нибудь из делегатов я скажет: "Бой кончился, победа за нами".

Вокруг крыльца народ стоял уже стеной, и пробиться вперед было невозможно.

- Тише, тише, товарищи! Мы застряли в толпе.

- Товарищи, - начал Алеша. - Мы победили. Наша борьба и кровь, пролитая нашими товарищами, не пропали даром. Царское правительство, друг и союзник капиталистов, хотело запугать нас. Не вышло. В борьбе с врагами объединились, как братья, русские, азербайджанцы, грузины, армяне...

В сумерках лица оратора почти не было видно. Он говорил о огромным подъемом.

Рабочие слушали затаив дыхание.

- Мы победили под красным знаменем нашей партии - партии революции. Всеобщая стачка бакинского пролетариата воодушевила на борьбу рабочих всего Закавказья, всей России. Рабочие со всех концов страны шлют нам, бакинцам, привет и выражают братскую солидарность. Вот письмо петербургских пролетариев...

В этот момент из зданий "Электросилы" вышли все наши делегаты.

Толпа застыла в ожидании.

Алеша взял из рук Фиолетова большой лист бумаги и, подняв над головой, торжественно объявил:

Товарищи рабочие! Первый коллективный договор подписан. Мы победили!

Неистовое, неудержимое "ура" громовыми раскатами рванулось к небу. Люди что-то кричали, обнимались, пожимали друг другу руки, ликовали.

Правда, не все требования бакинских рабочих были удовлетворены полностью, но в целом победа была небывалой в истории российского рабочего движения.

Стороны подписали первый в России коллективный договор рабочих с капиталистами, названный нефтяниками "Мазутной конституцией". Нефтепромышленники вынуждены были принять следующие требования рабочих: девятичасовой рабочий день (в предприятиях при трех сменах - восьмичасовой); четырехдневный отдых в месяц; увеличение зарплаты; выплата зарплаты рабочим, не работавшим по случию болезни; различные улучшения условий работы и жилищ рабочих; отмена обысков; выплата зарплаты рабочим, участвовавшим в декабрьской стачке, и др.

Жестоко угнетаемые разноплеменные пролетарии нефтяных промыслов гордо подняли головы, поняли могучую силу организованного действия, силу братской солидарности.

Всеобщая стачка бакинского пролетариата 1904 года вошла славной страницей в историю героической борьбы рабочего класса России за свое освобождение.

Отмечая пятую годовщину, Бакинский комитет вдохновенно писал в прокламации к рабочим: .

"Мы с гордостью вспоминаем эти дни, ибо они являются днями нашей победы, днями поражения нефтепромышленников!"

... Это была действительная победа бедняков-пролетариев над богачами-капиталистами, победа, положившая начало "новым порядкам" в нефтяной промышленности...*

*(П. Бляхин: Дни мятежные. Трилогия. М., "Советский писатель", 1961, стр, 237 - 286.)

Обсудить, чем знаменательна бакинская стачка.

Нагайка

Неизвестного автора

Нагайка, ты нагайка, 
Тобою лишь одной 
Романовская шайка 
Сильна в стране родной. 
   На жалобы, на стоны 
   Голодных русских масс. 
   Один ответ у трона: 
   Лупить нагайкой нас. 
Царит нагайка всюду, 
Ну что же, все равно 
Ей царя Иуду 
Спасти не суждено. 
   Нагайка не разбита. 
   Но злоба крепнет в нас, 
   И скоро паразита 
   Пробьет последний час! 
Уже под красно знамя 
Встает народ на бой - 
Царь будет свергнут нами 
Со всей его ордой *. 

*("Русская революционная поэзия". М., Гослитиздат, 1957, стр. 358.)

Литература к теме

И. В. Бабушкин. Воспоминания Ивана Васильевича Бабушкина, 1893 - 1900 гг. М., Госполитиздат, 1955.

П. Н. Лепешинский. На повороте. М., Госполитиздат, 1955.

А. М. Горький. Мать. М., Госполитиздат, 1957.

М. Д. Соколов. Искры. Роман. М., Гослитиздат, 1959.

А. Коптелов. Большой зачин. М., "Советский писатель", 1964.

З. Фазин. Нам идти дальше (Повесть о В. И. Ленине). М., "Детская литература", 1967.

С. Д. Мстиславский. Грач - птица весенняя. Повесть о Баумане. М., Детгиз, 1957.

М. А. Сильвин. Ленин в период зарождения партии. Воспоминания. Лениздат, 1958.

А. С. Шаповалов. В борьбе за социализм. М., Госполитиздат. 1957.

М. М... Эссен. Первый штурм. М., "Молодая гвардия", 1957.

М. Д. Розанов. За братьев. Подвиг героини Обуховской обсроны Марфы Яковлевой. Лениздат, 1960,

"Русская революционная поэзия". Л., 1957.

И. В. Бортников. Июльские дни 1903 г. на юге России. Одесса, 1953.

А. Н. Васильев. Смело, товарищи, в ногу. М., Детгиз, 1962.

A. Серафимович. На заводе. Рассказы. Любое издание. -

П. А. Бляхин. Дни мятежные. М., "Советский писатель", 1961.

П. А. Бляхин. На рассвете. М., Детгиз, 1963.

М. М. Подзелинский. На рассвете. Л., Детгиз, 1951.

"Русская сатира XIX - начала XX века". М., Гослитиздат, 1960.

Ф. Н. Самойлов. По следам минувшего. М., Госполитиздат, 1954.

B. С. Дридзо. Надежда Константиновна. Крупская. М., Госполитиздат, 1958.

П. Стародубцев. Ураган. Документальная повесть. Тула, 1966.

Н. Е. Буренин. Люди большевистского подполья. М., Гослитиздат, 1958.

Л. В. Никулин. Московские зори. Роман. В 2-х книгах. М., Гослитиздат, 1960.

C. Г. Струмилин. Из пережитого. 1897 - 1917 годы М., Гослитиздат, 1957.

предыдущая главасодержаниеследующая глава





Пользовательский поиск




© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, оформление, разработка ПО 2001-2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://ist-obr.ru/ "Ist-Obr.ru: Исторические образы в художественной литературе"